Добрые злые взрослые, или перепривязанность как основа абьюза

В своей книге «Не упускайте своих детей» психолог Гордон Ньюфелд подробно описывает то, какой губительной может оказаться ориентация детей на ровесников, сформировавшаяся вместо более здоровой и естественной ориентации на взрослых. Это не означает, что детям вредно общаться друг с другом, это значит, что детям важно следовать за зрелыми людьми, способными брать на себя ответственность за то, за что детям брать ответственность рано. Впрочем, я лучше порекомендую вам прочитать эту книгу, чем буду пересказывать это здесь. А здесь мне бы хотелось поговорить о ещё одной, не меньшей опасности, которая может возникнуть при недостаточно прочной привязанности: о ситуации, когда ребёнок перепривязывается к чужому взрослому. Чужому – не значит незнакомому, не принадлежащему семье. Чужим взрослым я называю того, кто решает свои задачи за счёт связи с ребёнком, а не заботится о нём, не берет на себя ответственность за эти отношения. К сожалению, в жизни это редко бывает столь же очевидным, как в этом описании.

Чем опасны такие отношения?

По сути, тем же, чем и ориентация на сверстников, – ребёнок доверяет свою нежную душу тому, кто не будет её беречь. И это чревато либо глубокими душевными ранами, либо обретением сильных, не гибких защит, которые в дальнейшем помешают установлению доверительных отношений с миром. При этом вера во взрослого человека, к которому привязан ребёнок, может быть в тысячи раз сильнее, чем вера в сверстников, и разочароваться во взрослом абьюзере практически невозможно. Ведь он – взрослый! Ребёнок скорее решит, что с ним что-то не так, чем со взрослым. И при таком раскладе можно с ним делать что хочешь. Хочешь – унижай, хочешь – насилуй.

Как это работает?

Очень просто. Сначала взрослый завладевает вниманием и доверием ребёнка. Показывает, что он ребёнка видит, приглашает, принимает, понимает. В зависимости от возраста ребёнка знаки «приглашения» могут быть разными (в этой статье можно почитать о многоуровневой модели привязанности Ньюфелда). Например, для подростка самым сильным крючком будет ощущение, что его понимают. Следующий шаг – уверить ребёнка в том, что больше никто на свете ему такого не даст. И тут в ход могут пойти два вида аргументов:

  1. Все кругом плохие, и никто кроме меня не позаботится о тебе так, как тебе надо;
  2. Ты плохой, и никто кроме меня не будет принимать тебя таким, какой ты есть.

На этом построена типичная манипуляция абьюзера. И на ребёнка это действует на раз. Ведь за принятие и любовь он готов продать душу дьяволу.

Как уберечь ребёнка от абьюза?

К сожалению, статистика по этому вопросу чудовищная. Вот одна и вторая полезные статьи на эту тему.
Так вот там, к примеру, говорится, что от сексуального абьюза страдает каждая четвертая девочка и каждый шестой-восьмой мальчик. И боюсь, цифра эта весьма приблизительна, ведь многие дети, даже став взрослыми, так и не понимают, что стали жертвами абьюза, в то время как эта травма, не прогорёванная, не проработанная, продолжает оказывать серьезное влияние на их жизни. И помимо сексуального абьюза существует множество способов злоупотребить доверием ребёнка. И как видно, количество жертв абьюза гораздо выше, чем количество так называемых неблагополучных семей, а это означает, что такое может случиться и у «хороших» родителей, которые любят своих детей и заботятся о них. Но тем не менее, самым важным и эффективным способом профилактики детского абьюза является укрепление привязанности между ребёнком и его взрослым. Это вовсе не означает, что ребёнка надо привязать, «женить» на себе. Это значит сделать так, чтобы ребёнок мог доверять взрослому, и, конечно, не злоупотреблять этим доверием, а беречь его. Это значит стремиться к тому, чтобы ребёнок чувствовал себя принимаемым, значимым. Не подвергать сомнению прочность отношений ни при каких обстоятельствах. Дисциплина, построенная на угрозе отвержения (в открытой или завуалированной форме), приводит к тому, что ребёнок не чувствует себя в безопасности, не чувствует собственной ценности, не верит в безусловность любви. Укрепление привязанности также предполагает достаточно чёткую иерархию в отношениях, что означает, что ребёнку не приходится брать на себя роль взрослого, стремиться соответствовать взрослому в зрелости и ответственности или брать на себя заботу о нём. И еще важно то, что установление иерархии должно начинаться с заботы, а не с контроля.

В нашем современном обществе есть много страхов насчет несамостоятельности и инфантильности, и эти тревоги приводят к культу сильного, независимого, не по годам взрослого и сознательного ребёнка. Но у этой взрослости есть и обратная сторона – ведь на самом деле ребёнок не может быть взрослее, чем предполагает актуальный уровень развития его мозга. И зачастую эта взрослость – отчасти иллюзия, в то время как ребёнок неосознанно продолжает искать источник надежной привязанности и безусловной любви.

И напоследок одна мысль, которая, к сожалению, редко принимается сердцем (а может, и к счастью, ведь это хорошо, что наша психика способна защищаться от боли). Так вот, злодеи не ходят по улицам со злыми лицами. Зло в нашей жизни настолько тесно переплетено с добром, что порой распознать его практически невозможно. И эти чужие взрослые – они иногда оказываются совсем рядом. В семье, среди друзей семьи, в школах и кружках. И зачастую им всецело доверяют и дети, и их родители. О том, как они проникают в сердца детей, как окружают детей «заботой и любовью», не предупреждая о том, какой за это будет выставлен счёт, я очень рекомендую почитать в вышеупомянутых статьях. Ну а о том, как не упустить своих детей, напоминаю, можно почитать в книге Ньюфелда.

Hold on your kids!

Надежда Монастырская

Источник

Фото Валентин Монастырский

 

Если вы заметили в тексте ошибку, пожалуйста, выделите её и нажмите Shift + Enter или эту ссылку, чтобы сообщить нам.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

8 thoughts on “Добрые злые взрослые, или перепривязанность как основа абьюза

  1. Лена

    Блин, у нас бабушка такая.
    Чувствую себя бессильной, она берет свое. Сколько я ни пытаюсь дать своей старшей дочери, ей не хватает, обида не зарастает. А бабушка ставит такую планку “Я ради тебя живу, все для тебя делаю” – что я чувствую бессилие перед таким лицемерием, ведь перед лицом большинства она просто супер и мамаше не мешало бы у нее поучиться.
    Эта статья – редкое исключение. Обычно даже психологам непонятно, что меня беспокоит в отношениях бабушки и внучки: вырастет – сама рассудит, не ввязывайся в соревнование. Я и не собираюсь покупать внимание дочери, хотя часто жалею, что именно мне приходится следить за дисциплиной дома – а это не так приятно и не вызывает теплых чувств, в отличие от кило конфет и т.п. Стараюсь укреплять доверие между нами.
    До чего же проще с младшей! Эта связь никогда не терялась. А со старшей ее как будто и не было – как я ни старалась, очень хрупкая. Хожу на цыпочках. Потом вспоминаю быть собой.

    Reply
    • Мрия Войчук

      Наша бабушка тоже пыталась быть Баб-Морозом, задаривала детей и т.п. А я – всегда выступала дисциплинарным фактором. Но только в подростковом возрасте мама начяла жаловаться и требовать от меня, чтобы я повлияла на детей, которые ее в грош не ставят. А проблема была в том, что к ее методам корректировки поведения через отвержение дети были не чувствительны: -какая радость – бабушка молчит (она так обижалась) и кормит.

      Reply
  2. Мрия Войчук

    Если потеряна связь с ребенком – то можно стараться ее восстанавливать, внимательно глядя какие потребности у ребенка существуют и каким образом Вы можете их удовлетворить.

    Reply
  3. Emma

    Абьюза? Серьёзно, абьюза? А ничего, что в русском языке такого слова нет? Берете работы англоязычных авторов, так хотя бы переводили хорошо.

    Reply
    • Мрия Войчук

      Понятию абьюза в русском соответствует достаточно длинный перечень действий: это не только физическое, но и психологическое давление, поэтому в психологической литературе было принято переводит это как термин.

      Reply
  4. Юлия

    И как интересно могли вывести эту статистику по абьюзу? Какие критерии использовали… 25%!! Чего то я не встречала в таком количестве жертв абьюза в своей жизни. Это вообще то редкость. Это отклонение от нормы и потому редкость.
    По моему тема перегрета…

    Reply
  5. Ангелинп

    На 100% согласна со статьей, спасибо автору. Всем, кто критикует, рекомендую ознакомиться с акцией, которая не так давно прошла в соц сетях #я не боюсь сказать (вк, фейсбук).
    У меня вопрос. В моей семье идеальная дисциплина была построена как раз на страхе отвержения. Я сейчас под таким сильным впечатлением от статьи, что даже не могу сообразить, а дисциплина с ребенкои вообще может быть без этого страха? На чеи она основывается? Ребенок так привязан к маме, что не хочет ее растраивать?

    Reply
    • Мрия Войчук

      Дисциплина строится на том, что взрослые часто не меняют своих решений (то есть принимают их достаточно взвешенно, чтобы потом не менять). Если не смотря на жесткость решений взрослый готов принимать огорчение ребенка по поводу отказов, давать возможность выплакать слезы в теплых объятиях – то дисциплина будет. Другое дело, что ожидать 100% исполняемости своих приказов – глупо, ребенка все равно переодически будет заносить в силу незрелости.

      Reply

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *