Митчел

pry-1332305_640.jpg

12-летний Митчел появился на моем уроке по экономике в середине учебной четверти весьма драматичным образом. Прямо посреди занятия дверь в классную комнату распахнулась, и зычным голосом, бросая вызов моей альфа-позиции, Митчел объявил: «Я ваш новый ученик, миссис МакКин, и я собираюсь превратить вашу жизнь в ад». Представившись таким образом, Митчел, конечно, не завоевал мою немедленную любовь, но разжег мое любопытство, а также подвёл меня к мысли, что от него стоит ожидать оскорблений. Усадив Митчела за переднюю парту, рядом со своим столом, я продолжила урок. Митчел тем временем предпринимал все попытки достичь заявленной им цели, исполняя роль клоуна, дурачка или нахального булли.

После урока я задержала Митчела, чтобы обсудить последствия его поведения. Но, даже не начав говорить, я знала, что подойду к этому вопросу необычным способом. Я не была знакома на тот момент ни с интенсивами, ни с книгой Ньюфелда, и мне оставалось только довериться собственной интуиции. Всего за две минуты Митчел рассказал мне, что его исключили из школы-интерната и что сейчас он живет со своей тетей, потому что его родители разошлись и «ни одному из них я не нужен».

В глубине души я понимала, что традиционной дисциплине не место в жизни этого мальчика. Не имея тогда той теоретической базы, которая есть у меня сейчас, я оставляла Митчела в своем кабинете большинство длинных перемен. Я заметила, что он не вписывается в группу сверстников и часто ввязывается в драки. Поэтому мы использовали это его время «домашнего ареста», чтобы сделать из него эксперта по экономике. Это дало ему одновременно академическое превосходство над одноклассниками и надежную базу, где он мог постоянно бывать.

К концу учебного года Митчел получил В+ по моему предмету (соответствует 4 баллам по 5-бальной системе — прим. переводчика), но, к сожалению, провалил все остальные. Дважды меня вызывали на педсовет, чтобы узнать, почему он получает хорошие отметки по моему предмету и почему у меня никогда не бывает проблем с его поведением, в то время как остальные учителя жаждали крови. Я стойко защищала этого молодого человека и не отступалась от него, и моя верность ему была вознаграждена его ответной преданностью. 

Альфа-дети

Расписание Митчела на следующий год не позволило мне остаться его учительницей. Глава моей кафедры устроила мне разнос (в хорошем смысле слова) за помощь Митчелу в учебе, так как теперь ему было разрешено брать другие занятия по экономике, и следовательно, он стал головной болью для моих коллег. Митчел тем временем пришел в мой кабинет в слезах, умоляя разрешить ему поменять учителей, чтобы остаться в моем классе. Я дошла с его просьбой до заместителя директора, но ничего нельзя было сделать.

Тогда я сделала все, что было в моих силах, чтобы «сосватать» Митчела новым учителям, но, к сожалению, мне это не удалось — они все считали его ужасным ребенком, которому суждено провалить их предмет и испортить им жизнь. Спустя 6 месяцев я ушла в декретный отпуск. Потом я еще приходила в школу, чтобы показать новорожденного и дать Митчелу и другим ученикам подержать его на руках. Однако о дальнейшей судьбе Митчела мне ничего неизвестно. Но что я знаю точно, так это то, что привязанность, мягкое сердце и правильные отношения меняют все, когда вы работаете с проблемными детьми. После первых дней начала учебы Митчела в моем классе у меня почти никогда не было проблем с его дисциплиной, успеванием или поведением до конца учебного года. Если бы только другие учителя и взрослые в жизни Митчела взяли на себя труд услышать, что у него на душе, и выстроить с ним правильные отношения, как бы всё изменилось — не только для Митчела, но и для всех остальных учеников.

Кэй МакКин, Новая Зеландия, ноябрь 2010

Источник: кампус Института Ньюфелда, текст публикуется с разрешения автора

Перевод Алены Федоренчик

Понимать сексуальность

Фото: pixabay.com

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *