Возвращение альфа-мамы

Vozvrashhenie-alfa-mamy-1.jpg

Желая детям самого лучшего, родители склонны терять свою альфа-роль. О том, что помогает возвращать себе эту роль, заметка студентки Института Ньюфелда, Раи Вайнштейн.

Растить чувствительного, импульсивного и тревожного ребенка — это как ходить по тонкой натянутой нити — нужно всё время быть в фокусе и держать баланс. Отвлечься — означает упасть и потом долго выбираться. Разозлиться — означает усугубить ситуацию и получить ещё большую порцию фрустрации.

Я не помню уже, когда в последний раз действительно расслаблялась. Мне кажется, с рождения дочки и не расслаблялась. Казалось, что когда отправляла её на пару дней к бабушке, можно было вздохнуть, но очень быстро поняла, что по возвращении я получу такое ведро фрустрации, что непонятно, стоит ли этот «отдых» свеч…

А несколько последних лет она выросла и вообще без меня ехать не соглашается. Только со мной. Везде и всегда. На спорт, за покупками, раньше и на работу со мной ездила.

Тревожность

Я точно знаю, что без лекций Гордона Ньюфелда и без курсов Института я бы последние несколько лет просто не выжила. И я не утрирую. Я раньше не понимала, как мои клиентки мне говорили, что без группы и поддержки «никак». Сейчас я это понимаю.

Как только я теряю фокус, как только «отвожу взгляд» и внимание уходит на что то другое, всё, возвращается старое. Она мне снова кажется несносным ребёнком, который хочет выудить из меня все силы, с отвратным поведением, с отсутствием минимальной эмпатии, с желанием всем сделать плохо и больно, когда ей что- то некомфортно.

Пишу — и слезы на глазах. Как я могу думать такое о моей девочке? Но в тот момент, когда эта уже вроде как не маленькая восьмилетняя девчушка пинает младшего брата (которому 11 месяцев), ранит словами старшую сестру, постоянно кричит, да так, что в ушах звенит, разговаривает как подросток, во мне самой просыпается мама-монстр. Мне хочется защитить невинных от злодея! Но этот злодей — МОЯ дочь. Как такое произошло?! А вот как-то произошло…

Иногда меня накрывает волной отчаяния и чувства вины. И в эти моменты меня спасает теория привязанности. Я как за соломинку хватаюсь за первую попавшуюся лекцию Гордона Ньюфелда, лекцию Института или эфир Ольги Писарик, и уже через 2-3 минуты начинаю дышать.

Меня успокаивает напоминание, что чувство вины — это совершенно нормально для родителя. И что тревожность у ребенка — это естественно, да и импульсивность тоже. Что это просто незрелость. И я снова представляю, как будто у неё на лбу висит наклейка
«маленький, незрелый ребенок». И да, у чувствительных детей это возраст минус 3 года. Поэтому ей не 8, а в лучшем случае 5. (И это точно, эмоциональные реакции 4-5 летнего ребенка).

И эта нападка на брата — просто токсичная фрустрация. И вот я уже могу уйти из микро в макро и спросить саму себя: «Что же сейчас её так фрустрировало? Ведь это не она. В ней бушуют эмоции. Спокойно, дышим. Здесь взрослая — это я, не она. А ну-ка, альфа-мама, просыпайся, ты нужна!»

В последние несколько недель снова падение. И конкретное. Она себя ужасно ведёт, я выхожу из себя, кричу, пытаюсь наказать, у меня это не получается, она злится ещё больше, и вот так крутимся мы по невыносимому для меня кругу.

И я уже знаю, что когда я начинаю злиться, она начинает чувствовать разделение и тревожится ещё больше. Тревожность заряжает её фрустрацию и увеличивает до несусветных размеров, пока её не лопнет кто-нибудь из нас…

И вот сегодня утром снова: «Не хочу в летний лагерь, не пойду, и ты за меня не решаешь! Я решаю, и я не пойду!» Уже знаю, что это мой триггер, и дышу, вспоминаю заметочку «незрелый ребёнок» и снова дышу. А ещё вспоминаю первую лекцию из курса
«Альфа-дети». Она так созвучна моим мыслям.

Наука об игре: введение

Многие из нас потерялись в современном родительстве. Из патриархата/ матриархата мы ушли в демократичные отношения с детьми, но в демократичных отношениях никто никого не слушается. Обсуждают, договариваются… А если дети не слушаются и пытаются вести переговоры, это превращается в постоянные дебаты. Насчёт всего. И я тоже туда попала.

Очень хотела уйти от папиного «я сказал, значит так и будет!», но именно с ней выборы, обсуждения привели нас совсем не туда, куда я хотела. Она пытается вести и управлять. Но она ещё слишком мала, и это повышает её тревожность. Вот и тревожный ребёнок. Потому что занял позицию альфы, а она ей не под силу.

В общем, говорю спокойным голосом, что понимаю её «не хочется», но ничего не поделаешь, нужно идти. Проговариваю, что будем делать потом. У неё сегодня выступление, она танцует. Ей тревожно. Я её понимаю. Но не вести не могу. Нужно уехать. Она кричит. Старшая спит, малыш пугается. Беру его на руки и уношу со словами, что я иду готовить ей еду и помогу потом одеться. Пока дохожу до кухни, слышу — тишина.

Возвращаюсь — подложила подушки, накрыла одеялом, как будто спит. Но ее в комнате нет. Вспоминаю про игру и как она важна для выпуска фрустрации. Поражаюсь ее умению находить самой то, о чем я потом читаю в статьях и слушаю на лекциях. Иду в свою комнату. Спряталась у меня под одеялом. «Где же Элиана, я думала, она спит…пропала, кто ее видел?!» Она смеётся, я её щекочу, и всё, накал спал. «Мама, сделай мне с собой еду в новой коробочке, хорошо?» И я снова благодарю за свои знания Гордона Ньюфелда.

Как же это тяжело и просто одновременно. Тяжело вовремя вспомнить, потому что это ещё не родной язык. Он ещё недостаточно глубоко. Поэтому в нужный момент нередко вылезает старое. Попытка перевоспитать. Но это не работает, и я это знаю. Проверено.

Мы уже не в том времени, когда наказывали, ставя в угол на горох. Но получается, мы остались с воспитательными методами вроде
«не получишь телефон или не пойдём в кино», что только углубляет фрустрацию. Я вижу, как она ещё больше накаляется.

Как только я говорю «ах таааак…», фрустрация начинает зашкаливать, а Элиана — кричать ещё громче. Замкнутый круг. И то, что может помочь лично мне — это напоминание. Вспомнить новый язык. Язык альфа-мамы. Я здесь. Я с тобой. Ты расстроена. Всё пошло не так, как хотелось. Такое бывает.

А вот следующий этап пока очень тяжёлый для меня. Помочь ей выпустить фрустрацию. Сегодня она сама превратила это в игру. Видимо, нужно брать это направление. Я не очень игривый человек. Особенно когда злюсь сама. Но помогать-то ей нужно. Есть чему учиться.

Рая Вайнштейн

Фото: photogenica.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *