Пример с трёхколёсным велосипедом

Этот пример с велосипедом хорошо показывает разницу между так называемым воспитательным приёмом “столкновение с последствиями” и подходом Ньюфелда. После знакомства с концепцией Ньюфелда у родителей могут произойти качели: от методов столкновения с последствиями, наказаний их может резко бросить в противоположную сторону. Но истина, как известно, посередине. Родителям, воспитывающим детей в контексте теории Ньюфелда, тоже приходится устанавливать рамки, в чём-то ограничивать ребёнка, но есть большая разница в том, как они это делают.

И разница эта в том, на ком лежит ответственность. Взрослый либо перекладывает ответственность на ребёнка, либо берёт её на себя. Иногда приходится забрать что-то у ребёнка, если это вредит ему, но можно делать это не перекладывая на него ответственность, а беря её на себя. Когда я ответственна, я отвечаю за то, что так получилось, и я не обвиняю в случившемся ребёнка.

Приведем пример с трёхколёсным велосипедом. Пример один и тот же, но в двух разных вариантах. Ребёнку 4 года.

Родитель объясняет ребёнку, что, когда он поедет сейчас на велосипеде по этой пешеходной дорожке, он должен остановиться прямо перед проезжей частью. Ребёнок выслушивает, но в силу того, что префронтальная кора в 4 года у него ещё не развита, он видит перед собой только дорогу и забывает о том, где именно надо остановиться. Он едет прямо и заезжает за дозволенную границу.

И после этого обычно в нашей культуре происходит следующее. Иногда родитель даёт ребёнку второй шанс. Он берёт толстый белый мел, чертит на дорожке черту и еще раз объясняет ребёнку, что он не должен заезжать за эту линию. И предупреждает: “Если ты сделаешь это снова, я заберу у тебя велосипед!” И вот ребёнок опять едет на велосипеде и снова заезжает за черту – он не смог запомнить правило, скорее всего он просто ехал и радовался, наслаждаясь процессом. К нему подходит мама и говорит: “Я же предупреждала тебя, но ты не послушал меня, и теперь я забираю у тебя велосипед и отношу его в гараж”. Ребёнок расстроен, плачет. Мама продолжает: “У тебя был шанс, я тебя предупреждала. Но ты не послушался”.

Вопрос: чья в данной ситуации вина, что ребёнок проехал за линию? – Вина здесь возлагается на ребёнка. Родитель обвиняет ребёнка. Был ли в данной ситуации взрослый на стороне ребёнка? Было ли место для слёз ребёнка? Было ли между взрослым и ребёнком понимание? Нет. Взрослый обвинил ребёнка.

И вот второй вариант той же самой ситуации. Я смотрю на своего ребёнка, ему 4 года. Он едет на своем трёхколесном велосипеде по тротуару и не останавливается перед дорогой. Я беспокоюсь за него – это небезопасно. Я понимаю, что ответственность за моего ребёнка лежит на мне. Я осознаю, что это ещё незрелый человек, у него еще не развита префронтальная кора головного мозга. Так кто тут ответственен за то, чтобы ребёнок был в безопасности? – Я. По сути это ведь моя ошибка. Я-то думала, что ребёнок остановится у линии, где начинается проезжая часть, но оказалось, что нет, он ещё не готов к этому. И это моя ошибка. То, что он ещё незрелый, не является его ошибкой. Но на велосипеде здесь кататься нельзя, мне придется убрать его. Только так я смогу обезопасить своего ребёнка.

Со стороны – для человека, смотрящего на обе ситуации со стороны, – все выглядит одинаково: мама забирает велосипед, уносит его в гараж. Но кое в чём есть большая разница.
Мне не всё равно, я сочувствую ребёнку: “О, дорогой, здесь не получится кататься. Мне придётся убрать велосипед, кататься здесь небезопасно”. – “Но мне так хочется кататься, мама….” – “Я знаю, милый, знаю. Но мама должна его убрать. Не получилось так, как мы хотели. В другой раз. Я вижу, как ты расстроен. Ты так хотел покататься, а мама забирает велосипед”.

Кто в этом варианте истории несёт ответственность за произошедшее? Кто виноват? – Я. Это моя ответственность. Мне надо убрать велосипед. Конечно, ребёнку плохо, конечно, он расстроен, даже зол. Я нахожусь рядом с ним, я на его стороне, не против него. Я помогаю ему пережить это, адаптироваться к тому, что на проезжую часть мы на велосипеде выезжать не будем.

Не виню, не стыжу. Помогаю адаптироваться и успокоиться. Я ответственна.

Да, мне приходится иногда устанавливать границы, останавливать своих детей. Потому что на мне лежит ответственность за них. Но я делаю всё это, оставаясь на их стороне.

Родители могут столкнуться с такими вопросами внутри себя: а не наврежу ли я нашим отношениям с ребёнком, если не разрешу чего-то? Не уйдёт ли ребёнок в защиты? Ребёнок уйдет в защиты, если мы будем стыдить и винить его. Бывают и другие причины, но эти – одни из самых главных.
Итак, вина, ответственность на мне. И я принимаю всё недовольство по поводу установленных мною границ. Я даю этому пространство, так же, как и их грусти.

Вот, что имеет в виду Гордон Ньюфелд, когда говорит о том, что не нужно перекладывать ответственность на ребёнка.

Записано со слов Памелы Уайт (Pamela Whyte) на одной из сессий вопросов и ответов в Институте Ньюфелда по теме “Смягчение защит”.

Записала Юлия Твердохлебова

Источник

Фото: flickr.com/photos/misterphisch

Если вы заметили в тексте ошибку, пожалуйста, выделите её и нажмите Shift + Enter или эту ссылку, чтобы сообщить нам.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

15 thoughts on “Пример с трёхколёсным велосипедом

  1. Алексей

    Я пользуюсь третьим вариантом и, мне кажется, он эффективнее и правильнее, т.к. моя дочь в 4 года САМА останавливается перед проезжей частью, когда едет на велосипеде. При этом я, все равно, КОНТРОЛИРУЮ ее и не надеюсь на то, что она без меня остановится перед проезжей частью.
    Я делаю так. Когда мы подъезжаем к проезжей части на велосипеде, то я сам останавливаю ребенка и говорю ей о том, что здесь надо остановиться и объясняю, когда можно снова поехать дальше, на другую сторону дороги. И я прекрасно осознаю (и осознавал всегда), что ни с 1го ни с 3го раза ребенок не способен понять и запомнить необходимость остановиться перед проезжей частью. Он еще мал для понимания этого. НО! Через несколько повторений моих действий моя дочь приняла данное правило (остановиться перед проезжей частью) и стала это выполнять. Конечно, она еще не понимает почему дорога так опасна и почему родители так говорят. И вот это и должны понимать родители. А как я вижу на улице взрослых людей отчитывающих своих маленьких детей – “Ты что? Не понимаешь как это опасно, а? Почему ты не слушаешься? Я же тебе сказала! Все, не будешь ты больше кататься!”, – то понимаю, что это у этих родителей недоразвита префронтальная кора мозга)))
    Единственное, что мне не понравилось в данной статье, так это то, что в ней предлагается забрать у ребенка велосипед и не дать ему кататься на нем. А почему нельзя было предложить вариант разрешить кататься, но под КОНТРОЛЕМ взрослого? Да, приходиться бегать за ребенком, который едет на велосипеде. А как вы хотели?! Зато полезно растрясти жирок))) Сначала мы бегали за ребенком, когда на ездила на самокате, потом на велосипеде, теперь на роликах. Согласен, что когда детей несколько, а не один, то это немного сложнее, но, все же, реально. И, самое главное, эффективнее, чем ругать, наказывать, отчитывать, запугивать, отбирать велосипед/самокат, запрещать кататься.

    Reply
    • Мрия

      Я вижу у Вас удивительную способность не встречаться с тщетностью. Это рассказ совсем не о том, как правильно научить ребенка вести себя на дороге и вообще это не о велосипеде. Это рассказа об отношениях – как их выстраивать, если есть необходимость ограничить ребенка в чем-бы то не было. Но Вы предпочитаете ударяться в конкретику и найти решения описанной задачи таким образом, чтобы ребенок не смог встретиться с тщетностью.

      Reply
  2. Оксана

    Согласна с Алексеем. Если задача не устроить ребенку встречу с тщетностью, а дать возможность покататься на велосипеде – его вариант кажется мне правильным.

    “Не виню, не стыжу. Помогаю адаптироваться и успокоиться. Я ответственна.” – Если я ответственна, то выбираю безопасное место для прогулки с велосипедом. Если же мне нужно быть с ребенком именно в этом месте, возле дороги – контролирую, чтобы ребенок физически не мог пересечь опасную черту.
    В примере статьи не вижу ответственности мамы. Сначала ребенку поставлена непосильная для него задача, потом – отобрали велосипед, хоть и со всем сочувствием. Т.е. второй вариант действий, конечно, лучше, чем первый, но в результате – слезы ребенка – следствие ошибки взрослых, у которых, кроме как отобрать велосипед, есть и другие варианты – пойти кататься в другое место, например, или стать у этой опасной черты и ловить – разворачивать ребенка физически, поиграть в регулировщика, или ходить следом и контролировать, в конце концов.

    Reply
    • Мрия

      * слезы ребенка – следствие ошибки взрослых* – у меня правильное ощущение, что Вы осуждаете взрослых, которые могут ошибиться в оценке способности ребенка и решить возникшую проблему через переживание слез тщетности? Не слишком ли много перфекционизма Вы стремитесь навесить на себя?

      Reply
      • Оксана

        Нет, я не осуждаю взрослых за ошибки – все мы ошибаемся.
        Я удивлена, что этот вариант представлен как пример правильных действий в рамках концепцией Ньюфелда.
        И всего лишь предлагаю более щадящий вариант – когда взрослый, осознав свою ошибку, старается ее исправить не за счет слез малыша, а за счет своих усилий.
        Разве сочувствие малышу не значит, что мама на самом деле хочет, чтобы он не был расстроен? Ведь в жизни малыша и так хватает слез тщетности – когда мама действительно не может помочь, при всем желании.

        Reply
        • Мрия

          *Разве сочувствие малышу не значит, что мама на самом деле хочет, чтобы он не был расстроен? * А всегда в наших силах не расстраивать ребенка? В частности, у мамы может просто нет времени или сил для того, чтобы идти с ребенком кататься на велике.
          И да, в рамках концепции Ньюфелда, задача не расстраивать ребенка вообще не ставится. Максимум что может быть – это снижение фрустрации тогда, когда видны признаки того, что ребенок не справляется с ней.

          Reply
          • Оксана

            Конечно, иногда ребенка приходится расстраивать. Не все зависит от мамы. Может быть срочная необходимость возвращаться домой. Или ребенок решительно рвется именно на проезжую часть, чего допустить никак нельзя.
            Но в примере статьи, извините, такой необходимости не вижу – просто мама не справилась с задачей обеспечить ребенку безопасную прогулку на велосипеде. Бывает.
            ( Упоминания о проблемах со здоровьем у мамы в тексте статьи нет – раз уж мама взяла велосипед на прогулку, мне казалось, что время и силы таки изначально были. )
            Хорошо, я принимаю Ваш довод о том, что “в рамках концепции Ньюфелда, задача не расстраивать ребенка вообще не ставится”.

            Меня, видимо, ввели в заблуждения слова о том, что мама сочувствует малышу. Сочувствие подразумевает разделение чувств, не так ли? Огорчен малыш – и мама этому огорчается. И стремится этого избегать, ( обеспечить продолжение прогулки на велосипеде в этом случае), ЕСЛИ ЕСТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ. Разве не лучше улыбка ребенка, чем слезы?
            Однако, раз уж задача не расстраивать ребенка не ставится – действительно, есть ли разница, перенаправить ребенка кататься в другом направлении или, посочувствовав, забрать велосипед?
            Уж извините, не очень удачный пример получился. На мой взгляд.

            Reply
            • Мрия

              *И стремится этого избегать, (обеспечить продолжение прогулки на велосипеде в этом случае), ЕСЛИ ЕСТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ. * Понимание есть или нет возможность есть у описываемой мамы – у нас с Вами его нет, не так ли?
              *Разве не лучше улыбка ребенка, чем слезы?* Для меня данный тезис очень спорный. Во многом зависит от обстоятельств. Что лучше улыбка ребенка в ответ на сообщение о потере игрушки или слезы при виде радости брата? Любое чувство хорошо, если оно адекватно происходящему. Я бы не рискнула лишать детей слез на основании того, что мне кажется, что улыбка лучше хотя бы потому, что известно – человек, стремящийся не испытывать негативные эмоции – теряет так же и позитивные.

              Reply
              • Алексей

                я ответил вам – см. выше (кнопку reply) не нажал перед своим ответом.

                Reply
  3. Алексей

    Мрия, а “я вижу у Вас удивительную способность не” принимать и не соглашаться другую точку зрения. Ваша точка зрения правильная – все остальные нет. Даже с допущениями и конкретизацией.
    На самом деле данный пример в статье не самый удачный. Действительно, не ясно, а почему нельзя было перейти в другое место для катания? Или тут стояла задача только в том, чтобы насильно столкнуть ребенка с ситуацией, где он не способен адекватно действовать, возложить на него вину и , отобрав велосипед, заставить испытать слезы тщетности? Так? По вашему в жизни у ребенка не бывает реальных ситуаций столкновения с тщетностью? Их ПОЛНО!!! Каждый день!!!
    А если поступать так, как описано в статье, то, боюсь, что ваш ребенок не выработает правила действия перед дорогой. Он не будет понимать, в каком же случае ему будут разрешать кататься на велосипеде, а в каком запрещать.
    А если вам так хочется столкнуть с тщетностью, то можно запретить еще дома сегодня (или сейчас) кататься на велосипеде (или на роликах – у нас такое было).
    О воспитании не нужно забывать, а тем более, про действия у проезжей части, где автомобиль представляет реальную опасность.
    У вас хватит сил смириться с тем, что пример в статье не однозначный и не очень удачный? Или вы не можете смириться с этим вариантом? Вы не можете выплакать свои слезы тщетности в связи с тем, что вы не совсем правы? Или вы так и дальше будете утверждать, что правы ТОЛЬКО ВЫ?

    Reply
    • Мрия

      У Вас есть право иметь собственное мнение по любому вопросу. Но на данном ресурсе навязывать свое видение ситуации имеют право только его создатели. Не вижу необходимости спорить с человеком, который не готов это принять.

      Reply
      • Алексей

        Учитывая ваши ответы мне и Оксане со стороны очень хорошо видно, что из нас троих “не готовы это принять” только вы, Мрия. Вы не готовы принимать не то чтобы, другую точку зрения, а просто допущения и коррективы.
        Очень жаль, что вы этого не понимаете. Надо развивать гибкость мышления.
        Если вы не заметили, то объясняю вам, что я и Оксана в данном обсуждении ни капли не ставим под сомнение необходимость и важность слез тщетности в развитии ребенка и становлении его личности.

        Reply
        • Мрия

          Я правильно поняла, что Вы выдвигаете мне претензию, что я не готова принять мнение нескольких человек о том, что пример с велосипедом неудачный, так?
          Данный пример записан *со слов Памелы Уайт (Pamela Whyte) (один из преподавателей Института Ньюфелда) на одной из сессий вопросов и ответов в Институте Ньюфелда по теме “Смягчение защит”.* Исходя из этого для меня понятно, что пример сочли удачным преподаватели Института, включая Ньюфелда, а так же все, кто подбирает материалы для сайта. Так что Ваш аргумент “большинства” не проходит. Тем более, что я убеждена о том, что такие вопросы данным аргументом не решаются. Как психолог, я слишком хорошо знаю, насколько нетрадиционные взгляды высказывает Ньюфелд и насколько психологическое сообщество не готово его понимать и принимать, а так же понимаю с чем это связано. Сама я так же не вижу ничего неудачного в данном примере, так как ощущаю разницу между описанными подходами и, имея богатый опыт разнообразного родительства с уже видимыми результатами (моим детям от 10 до 25), не озабочена требованиями к идеальности матери, а именно это требования я вижу в Ваших возражениях.

          Reply
  4. Юлия Твердохлебова

    Честно говоря, очень удивилась тому, что пример некоторым показался некорректным.
    Все очень просто – вы не учли контекста. Дело ведь происходит в Канаде, представьте себе жилой квартал в Канаде – частные дома и лужайки перед ними. Речь явно не о прогулке в парке, потому что упоминается гараж, в который мама в итоге убирает велосипед.
    Речь о пешеходной дорожке, которая ведет от дома к проезжей части. Мама наверняка занята во дворе или в доме, наверняка там еще парочка детей и у мамы много дел. И у нее есть 4-летка, который хочет кататься на велосипеде. Единственное место, где он это может делать возле дома – это вот эта пешеходная дорожка. И ездить он может взад-вперед от дома к дороге и обратно. И маме важно, чтобы ребеночек четко понимал, где ему нужно остановиться. И получается, что если остановиться там он пока не может, в силу возраста, то маме приходится убрать велосипед. Значит, именно ЗДЕСЬ, в таких условиях, кататься ему пока рано.
    Возможно, эта же мама позже собирает всех детишек и они все вместе идут в какой-то парк, с тем же велосипедом, где у мамы есть возможность ходить рядом и помогать. Но в данной статье явно описана ситуация возле дома.

    Reply
  5. Мария А

    О каком велосипеде вообще речь? Речь об ответственности. В ситуации есть два персонажа: мама и ребенок. За происходящее тут, как ни крути, несет ответственность мать, в силу просто незрелости ребенка. И да, лучше всего и без слез, заранее на берегу обговорить тот момент, что коль сегодня нам нужно пойти куда-то через дорогу, мы велосипед брать не будем вообще. Как вы себе представляете логическую картину, когда в силу незрелости, безотвественный ребенок, едет на велосипеде к дороге, вы мчитесь за ним и: 1 вариант-останавливаете во время, все хорошо, вы-молодец, ребенок в безопасности, все как я хотел. Ребенок-ну ладно. Папа/мама спас, сижу жду очередную команду, если что, меня опять спасут. 2 вариант-вы бежите, спотыкаетесь, падаете, секунда, ваш безотвественный малыш на дороге и…хорошо, если все живы. А вот так непредсказуемо подобные “спотыкания” вмешиваются в нашу жизнь. И на ком тогда ответственность? На камне, о который вы споткнулись? Если ответственность только на вас и вы не можете быть убедительно ответственны в какой-либо ситуации, не создавайте ее. По-моему статья об этом

    Reply

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *