Одинокие вместе

2016-05-16-2.png

Только что моя дочь Ребекка отправила мне сообщение с пожеланием удачи. Она написала: «Мама, у тебя всё получится». Это очень приятно. Такое сообщение как объятие. Так мы подошли к теме моего выступления. Я воплощаю собой главный парадокс: я люблю получать сообщения и собираюсь рассказать вам о том, что их избыток может стать проблемой.

0:44
Сообщение от моей дочери подводит меня к началу выступления. В 1996 году, когда я впервые выступала на TED, Ребекке было пять лет, и она сидела вот там, в первом ряду. Я только что написала книгу, которая ознаменовала нашу жизнь в интернете, и моя фотография должна была появиться на обложке журнала Wired. В те бурные дни мы экспериментировали с чатами и виртуальными онлайн-сообществами. Мы изучали различные грани самих себя. Потом мы вышли из сети. Я была в восторге. Как психолога меня больше всего радовала мысль применять всё то, что мы узнали в виртуальном мире о себе, о личности, для улучшения жизни в реальном мире.

1:38
Перенесёмся в 2012 год. Я снова здесь, на сцене TED. Моей дочери 20. Она студентка колледжа. Она спит рядом с сотовым телефоном, да и я тоже. Я только что написала новую книгу, но на этот раз моё лицо не появится на обложке журнала Wired. Так что же произошло? Я до сих пор восхищаюсь технологиями, но считаю — и я здесь, чтобы доказать это, — что мы позволяем им вводить нас в заблуждение.

Интенсив 1

2:17
В течение 15 лет я изучала технологии мобильной связи, взяла интервью у сотен людей, молодых и пожилых, задавая вопросы об использовании телефонов. И я обнаружила, что эти маленькие устройства в наших карманах настолько психологически могущественны, что они не только меняют наше поведение, они меняют нас. То, что мы сейчас делаем с помощью устройств, всего несколько лет назад показалось бы нам странным или раздражающим, но мы быстро привыкли, теперь это кажется естественным.

2:59
Приведу несколько примеров. Люди отправляют сообщения и электронные письма во время корпоративных совещаний. Они пишут сообщения, делают покупки, заходят в Facebook во время занятий, презентаций, на самом деле, на всех мероприятиях. Люди рассказывают мне о важном новом навыке визуального контакта, пока они набирают сообщение. (Смех) Мне поясняют, что это сложно, но возможно сделать. Родители отправляют сообщения и электронные письма за завтраком и ужином, в то время как дети жалуются на недостаток их внимания. Но эти же дети не уделяют друг другу достаточно внимания. Это недавний снимок моей дочери и её друзей вместе, хотя они не совсем вместе. И даже на похоронах мы пишем сообщения. Вот что я изучаю: мы ограждаем себя от горя или грёз и погружаемся в телефоны.

4:04
Почему это важно? Я считаю, что проблема в том, как мы относимся друг к другу, а также в том, как мы относимся к себе и к самоанализу. Мы привыкаем к новому одиночеству вместе. Люди хотят быть друг с другом и одновременно быть где-то ещё, быть связанными с местами, где они хотели бы находиться. Люди хотят изменить жизнь. Они хотят находиться везде одновременно, потому что самое важное — это контроль над тем, что их интересует. Например, вы присутствуете на заседании правления, но хотите услышать только интересующую вас информацию. Некоторые считают, что это нормально. Но в конечном итоге вы начнёте прятаться от других несмотря на то, что мы все постоянно связаны друг с другом.

5:04
50-летний бизнесмен жаловался мне на то, что у него больше нет коллег. По пути в офис он не останавливается, чтобы поговорить с кем-нибудь, он не звонит. Он говорит, что не хочет отвлекать коллег, потому что «они слишком заняты, отвечая на электронные письма». Вдруг он останавливается и говорит: «Вы знаете, я соврал. Это я не хочу, чтобы меня отвлекали. Вроде как я хочу общения, но на самом деле я лучше проверю входящие сообщения».

5:35
Из поколения в поколение я вижу, что людям постоянно не хватает друг друга. Но если они могут связаться друг с другом на расстоянии в желаемых количествах, то все вроде бы нормализуется. Я называю это эффектом Златовласки: не слишком близко, не слишком далеко, в самый раз. Но то, что нормально для руководителя среднего возраста, может быть проблемой для подростка, которому необходимо живое общение. 18-летний подросток, который пишет сообщения по любому поводу, с тоской говорит: «Когда-нибудь, но, конечно, не сейчас мне бы хотелось научиться разговаривать».

6:22
Когда я спрашиваю: «Что не так с живым общением?» , мне отвечают: «Мы вам расскажем, что не так. Разговаривать приходится в реальном времени, и невозможно контролировать то, что скажешь». Вот в чём суть. Сообщения, электронная почта, посты — всё это позволяет нам быть такими, какими мы хотим быть. Мы можем редактировать сообщения, удалять их. Это значит, что мы можем ретушировать лицо, голос, тело. Не слишком сильно, не слишком слабо, в самый раз.

7:05
Взаимоотношения между людьми богаты и разнообразны и требуют усилий. А мы ретушируем их с помощью технологий. Таким образом мы жертвуем настоящим общением. Мы обманываем себя. И со временем мы как будто забываем или перестаём обращать на это внимание.

7:32
Я была озадачена, когда Стивен Кольбер задал мне сложный вопрос, очень сложный вопрос. Он спросил: «Неужели все короткие сообщения в Твиттере, эти маленькие глотки онлайн общения, не превращаются в один большой глоток живого общения?» Я ответила: «Нет, не превращаются». Такое общение подходит для коротких сообщений, когда мы хотим сказать «Я думаю о тебе» или даже «Я люблю тебя» — я имею в виду то, что я почувствовала, когда получила сообщение от дочери — но на самом деле они не эффективны, если мы хотим понять друг друга, по-настоящему узнать и понять друг друга. Мы разговариваем друг с другом, чтобы научиться говорить с собой. Поэтому отказ от общения действительно опасен, потому что ставит под угрозу нашу способность к самоанализу. Для подрастающих детей этот навык — основа развития.

8:57
Снова и снова я слышу: «Лучше я отправлю сообщение, чем позвоню». Я вижу, что люди настолько привыкают обманывать себя и не разговаривать по-настоящему, привыкают к меньшему, что они уже почти готовы совсем обходиться друг без друга. К примеру, многие надеются, что когда-нибудь более продвинутая версия Сири, цифрового помощника на Apple iPhone, станет лучшим другом, станет тем, кто будет слушать, когда другие отвернутся. Думаю, такое желание отражает нелицеприятную реальность, к которой я пришла через 15 лет. Ощущение того, что никто нас не слушает, очень важно в нашем отношении к технологиям. Вот почему нам так нравится заводить странички на Facebook или в Твиттере — так много автоматических слушателей. Ощущение того, что нас никто не слушает, заставляет нас проводить время с машинами, которые, как нам кажется, заботятся о нас.

10:03
Ученые разрабатывают роботов, так называемых социальных роботов, которые специально созданы для того, чтобы стать помощниками для пожилых людей, для наших детей, для нас. Неужели мы настолько потеряли уверенность в том, что будем заботиться друг о друге? Во время своего исследования я работала в доме престарелых и принесла туда социального робота, который предназначен для того, чтобы пожилые люди почувствовали, что их понимают. Однажды я пришла и увидела, как женщина, потерявшая ребёнка, разговаривала с роботом в виде детёныша тюленя. Казалось, что он смотрит ей в глаза. Казалось, он слушает её. Он утешал её. И многие считают это удивительным.

10:56
Эта женщина пыталась найти смысл жизни с помощью машины, у которой нет жизненного опыта. Этот робот хорошо притворяется. Мы все уязвимы. Люди видят искусственное сочувствие, как будто с ними живой человек. В тот момент, когда женщине сочувствовал робот, я думала: «Этот робот не может сопереживать. Он никогда не умрёт. Он не знает, что такое жизнь».

11:33
Я не удивилась, видя женщину, которую утешал друг-робот; это был один из наиболее мучительных и сложных моментов за 15 лет моей работы. Когда я отошла в сторону, то почувствовала себя в центре идеального шторма, холодного и жестокого. Мы ожидаем больше от технологий и меньше друг от друга. И я спрашиваю себя: «Почему мы пришли к этому?»

12:07
Я думаю, это происходит потому, что технологии наиболее привлекательны там, где мы наиболее уязвимы. А мы уязвимы. Мы одиноки, но боимся близких отношений. Мы разрабатываем технологии от социальных сетей до социальных роботов, которые создадут иллюзию общения, не требуя дружбу взамен. Мы обращаемся к технологиям, чтобы почувствовать связь, которой мы можем легко управлять. Но нам все равно некомфортно. Мы не всё контролируем.

12:41
Сегодня телефоны в наших карманах меняют умы и сердца, потому что предлагают нам три завораживающие фантазии. Во-первых, то, что мы можем концентрировать внимание везде, где хотим; во-вторых, нас всегда услышат; и в-третьих, мы никогда не будем одиноки. И третья идея: мы никогда не будем одиноки. Она занимает центральное значение в изменении психики. Потому что, когда люди остаются один на один с собой даже на несколько секунд, им становится тревожно, они паникуют, ёрзают, достают гаджеты. Представьте людей у кассы или водителей, остановившихся на красный свет. Одиночество — это проблема, которую нужно решить. И люди пытаются решить её посредством связи. Но в этом случае связь — это скорее симптом, нежели лекарство. Она обнаруживает основную проблему, однако, не решает ее. Постоянная связь меняет то, как люди воспринимают себя. Постоянная связь формирует новый способ существования.

13:47
Лучший способ описать это — «я делюсь впечатлениями, следовательно, я существую». Мы используем технологии, чтобы охарактеризовать себя. обмениваясь мыслями и чувствами в момент, когда мы их испытываем. Раньше было так: меня что-то впечатлило, поэтому я хочу позвонить. Сегодня: если я хочу, чтобы появилось впечатление — нужно отправить сообщение. Проблема нового режима «я делюсь впечатлениями, следовательно, я существую» заключается в том, что при отсутствии связи мы чувствуем себя плохо. Мы практически теряем себя. Так что же нам делать? Мы вроде как объединяемся всё больше и больше. Но в этом процессе мы изолируем себя.

14:29
Как мы переходим от связи к изоляции? В конечном итоге вы будете изолированы, если не выработаете способность к уединению, способность быть одному, взять себя в руки. Уединение — это состояние, когда вы можете обратиться к другим и создать настоящую привязанность. Когда у нас нет возможности для уединения, мы обращаемся к другим, чтобы чувствовать себя менее тревожными или для того, чтобы ощущать себя живыми. Когда это происходит, мы не ценим этих людей. Как будто мы используем их в качестве запасных частей для поддержания нашего хрупкого самоощущения. Мы верим, что постоянная связь сделает нас менее одинокими. Но мы в опасности, потому что на самом деле это значит обратное. Если мы не можем существовать в одиночку, мы станем более одинокими. И если мы не научим детей быть один на один с собой, им предстоит испытать только одиночество.

Интенсив 1

15:33
Когда я выступала на сцене TED в 1996 году, рассказывая об исследованиях первых виртуальных сообществ, я сказала: «Те, кто извлекают наибольшую пользу из жизни перед экраном, делают это благодаря самоанализу». Вот к чему я призываю сейчас: осмыслять вести диалог о том, куда применение современных технологий может нас привести и чего это может нам стоить. Мы очарованы технологиями. И мы боимся, как молодые влюблённые, что слишком много болтовни может испортить романтику. Но пришло время говорить. Мы выросли с цифровыми технологиями и поэтому считаем, что они тоже «повзрослели». Но это не так, это только начало. У нас много времени, чтобы пересмотреть, как мы используем и создаём технологии. Я не предлагаю отказаться от устройств, я предлагаю развивать более осознанное отношение к ним, к друг другу и к самим себе.

16:38
Первые шаги могут быть такими: начните думать об уединении как о чём-то хорошем. Найдите для него время. Найдите способы, чтобы показать значимость этого своим детям. Создайте сокровенные места в доме — кухня, столовая — и разговаривайте. Сделайте то же самое на работе. На работе мы так заняты общением, что у нас зачастую нет времени думать, нет времени говорить о том, что действительно имеет значение. Измените это. Самое главное, нам всем нужно слушать друг друга, в том числе слушать о скучном. Потому что когда мы запинаемся, колеблемся или не находим слов, мы раскрываемся друг перед другом.

17:29
Технологии делают ставку на изменение человеческих взаимоотношений — каким образом мы заботимся друг о друге, как мы заботимся о себе — но они также дают нам возможность подчеркнуть наши ценности и поведение. Я настроена оптимистично. У нас есть всё, что нам нужно для начала. У нас есть мы. И у нас большие шансы на успех, если мы признаем нашу уязвимость. Мы слышим, как люди утверждают, что технологии решат сложную проблему и предложат что-то более простое.

18:07
Так в работе я слышу, что жизнь трудна, отношения рискованны. И вместе с тем существуют технологии — простые, обнадёживающие, оптимистичные, вечно молодые. Они как экстренная помощь. Рекламная кампания обещает, что вы сможете «Наконец полюбить своих друзей, своё тело, свою жизнь — онлайн и с аватарами». Нас притягивает виртуальный роман, компьютерные игры, иллюзорные миры, идея того, что именно роботы когда-нибудь будут нашими настоящими товарищами. Мы проводим вечер в социальной сети вместо того, чтобы пойти в бар с друзьями.

18:55
Но мы уже заплатили за свои грёзы. Сейчас мы все должны сосредоточиться на многочисленных возможностях, как технологии могут вернуть нас к реальной жизни, к нашим телам, к нашим обществам, к нашей политике, к нашей планете. Они нуждаются в нас. Давайте поговорим о том, как мы можем с помощью цифровых технологий, технологий нашей мечты, сделать нашу жизнь более интересной.

Интенсив 1

Шерри Тёркл

Перевод Наталии Корол

Редакция Елены Фурдак

Русскую версию озвучила Ева Фарбер

Монтаж и сведение звука русской версии Евы Фарбер

Источник

подписка на дайджест

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *